netdogg (netdogg) wrote,
netdogg
netdogg

Categories:
  • Mood:

Irwin Weil: "Origins of Russian Literature" (lecture 1)

Нам предстоит вкратце познакомиться с тем, что один из виднейших американских специалистов по русской литературе профессор Северо-Западного университета США Ирвин Вейл (род. в 1928 г.) имеет сказать о творениях русскоязычных писателей и нашем национальном литературном наследии. Само собой небезынтресно послушать о взгляде со стороны о знакомом нам. Вчера я "поприсутствовал" на вводной лекции профессора Вейла по курсу "Классика русской литературы", включающему 36 лекций в общей сложности. "Присутствовал" в недавно выработанной для себя форме: автомобиль, еду-еду-еду, слушаю-слушаю-слушаю эти англо-саксонские речи о том, что было написано вовсе не на английском.

"Истоки русской литературы". Далее в стиле flash. То, что было интересно и (или) внове услышать. Я сознательно опущу многое, что общезнакомо и общераспространенно, а также по логике курса должно будет появиться в последующих лекциях Ирвина Вейла. Главной целью будет отметить общую логику и некоторые редкостные или вовсе не встречающиеся в нашей традиции преподавания моменты (об этой традиции буду судить исключительно на личном опыте, т.е. крайне субъективно) зарубежного подхода в лице конкретного исследователя.

==================================================================================================

...Я думаю, Вы знаете о русской литературе, известной своей мировой репутацией за глубину, за ее дух...

...Это литература, которая исследует аспекты человеческой души такими путями, которые, я полагаю, некомфортны для других мировых литературных традиций. Я не хочу принизить каким-то образом другие, но... русские сделали это чрезвычайно впечатляющим образом...

Ирвин Вейл, перечислив в кратких характеристиках фамилии Пушкина, Достоевского, Толстого и других гениев, начинает рассказ о Киевской Руси (Rus'), о князе Владимире. Последний, имевший массу головной боли относительно сохранения своей власти и своих земель устремил взор на юг, к Константинополю в поисках возможностей для династического альянса. А это раньше скреплялось объединением царских семей через свадьбы. В результате властители могущественного Константинополя заключили таковой альянс, подтвердив его выдачей одной из своих принцесс за Владимира, имевшего, по их сведениям, к тому времени уже около 700 жен и любовниц (так хвалился сам Владимир, говоря, что у него женщин больше, нежели у самого царя Соломона). Но Владимиру поставили условием принять веру, которой придерживалась и его новая супруга: восточное ортодоксальное христианство.

Профессор Вейл говорит о дохристианских религиях, к последователям которых относился и Владимир. Вейл признается, что не любит термин "языческий", который приводит к одному маловыразительному и в какой-то мере уничижающему знаменателю вероявания людей разных эпох и народов, имевших на то историческое право и право не считаться последователями "недоразвитой религии".

Затем Вейл рассказывает о том, как на Руси появилась кириллица. Причина была в необходимости перевода на славянский документов Константинополя, касающихся религиозных догматов, в частности. Перевод нужно было осуществить с греческого языка, и князь Владимир в ходе своих визитов в Византию заручился помощью знакомых нам Кирилла и Мефодия, знавших славянский. Они и должны были перевести необходимое на славянский с греческого. Они указали Владимиру на необходимость изложить результаты работы в письменном виде, а это требовало наличия соответствующего алфавита, который подошел бы нужным образом в звуко-символьном исполнении. Владимир дал добро на работу Кирилла и Мефодия над алфавитом. Вейл очень высоко оценивает блестящие по литературному исполнению переводы Кирилла и Мефодия, сравнивает их с шекспировским прорывом в английском языке.

У Владимира не возникло больших сложностей заставить принять христианство верхушку власти, но была проблема в крестьянстве и широких массах людей, имевших глубоко укоренившихся разнообразных богов. В результате сформировалось новое явление: двое- и даже троеверие. Последствия этого синтеза, отмечает Вейл, прослеживаются во всей русской литературной и культурной традициях. Вейл отмечает, что сложность русской литературной традиции, проистекающая еще с раннехристианских ее времен, обусловлена хотя бы следующим: высоконравственные религиозные образы наталкивались в сознании людей на уродливую реальность бытия, что не могло не заложить фундамента "сложности", "разных сторон одной медали".

...Дохристианские боги также сыграли свою роль, сыграв образы олицетворения сильной и прекрасной природы... живой Вселенной, звучащей Вселенной... об этом мы, конечно, поговорим еще в следующих лекциях...
Tags: literature
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments